М.С. Елабужский и гражданская война.

М.С. Елабужский в период Первой русской революции

Михаил Стефанович Елабужский был свидетелем, а по некоторым сведениям и активным участником, Новомултанских беспорядков 1906 года. Участие в собраниях граждан, где он пытался успокоить накал страстей, было поставлено ему в вину. Некоторые его действия духовными властями были признаны недопустимыми: знакомство со многими участниками беспорядков, участие в политических митингах, организация подобных митингов, сочувствие к заключенным организаторам и участникам восстания в Новом Мултане (советы как себя вести на допросах и пересылка им денег).

Елабужский - портрет
Священник храма села Вавож М.С. Елабужский.

Однако других доказательств антиправительственных действий при обыске не было найдено (если они были, то Михаил Елабужский имел время их уничтожить). Сам священник при обыске заявил полицейским чинам «Я ожидал к себе прибытия полиции каждый день». Поэтому наказание оказалось не особенно суровым. Церковный суд приговорил его к ссылке в село Вагино под надзор Благочинного (до перевода его в село Вавож в 1912 году).

М.С. Елабужский в дни Февральской революции 1917 года

В период Февральской буржуазной революции очень ярко проявились политические взгляды вавожского священника Михаила Елабужского. 9 апреля 1917 года на экстренном заседании Малмыжского уездного земства представитель от Вавожской волости Михаил Елабужский выступил в прениях. В своем выступлении он сказал: «Правительство сознательно тормозило развитие народного просвещения и добилось своего. Многие в деревне совершенно не представляют, что такое учредительное собрание, что такое политические свободы, каковы формы государственного устройства. Они ничего не слыхали про республику и государство без царя – для них это анархия. Наконец, при самодержавном строе население систематически отстранялось от общей жизни.

Если мы примем неотложно все меры политического просвещения народа, мы добьемся того, что наша деревня понесет свою жертву не за освобождение монархии, а за закрепление нового строя».

Эти взгляды довольно близки к взглядам народовольцев, что сближает Елабужского с взглядами социал-революционеров, вышедшими когда-то из этого общественно-политического движения.

Предложения Елабужского были приняты, а сам священник был избран в состав губернского земского собрания от Малмыжского уезда.

М.С. Елабужский в годы Гражданской войны

Изучая записи метрических книг Вавожской церкви, можно определить уровень политической грамотности Михаила Елабужского. Указывая причину смерти погибших в боях или во время репрессий последовавших за разгромом восстания, он указывает например «красноармейцами». В то же время священник Каменно-Ключинской церкви использует более простонародное выражение «убит большевиками». После разгрома Вавожского отряда в бою у Каменного Ключа и отступления его остатков на Нылгу-Жикью, из села выехал местный священник. Его вынужден был заменить с 3 ноября 1918 года Михаил Елабужский и снова появляется запись о красноармейцах.

Участие в жизни волости и всего прихода Никольской церкви обстоятельно отображены в дневниках Михаила Елабужского. Но пока не найдены следы тетрадей освещающих события 1918 года. О них мы узнаем из обзора прошедших событий за год, написанного уже в мае 1919 года. Что характерно, в дневнике использованы названия противоборствующих сторон «белые» и «красные» не характерные для 1918 года. Создаётся впечатление, что тетради были уничтожены, так как могли иметь материал, обвиняющий автора в сочувствии восстанию местного населения 1918 года. Наводит на эту мысль и то, что у некоторых тетрадей сделаны вырезки отдельных абзацев. Возможно, здесь сыграл свою роль опыт 1906 года.

Кажется удивительным, что принявший активное участие в событиях февральской революции Елабужский оказался в стороне от восстания, в то время как вся практически Вавожская интеллигенция приняла активное участие в организации отпора отрядам Красной Армии.

Это еще более удивительно, так как его тесть Михаил Иоанович Шерстенников, священник села Старые Зятцы, по воспоминаниям участников восстания отнёсся к нему положительно и даже благословлял повстанцев на борьбу с продотрядами.

Всему восстанию практически посвящены десяток строчек, в то время как даже не особо важным событиям посвящены целые страницы. Кажется, что записи сделаны посторонним человеком.

Но даже в таких нейтральных записях прослеживается его отношение к происходящему. Так Михаил Елабужский пишет: «Много похищено оставленного жителями имущества, произведен разгром церкви, школ, библиотеки, народного дома. По два дня поджигали Уе-Докью, в которой уцелело только два дома».

Как будто для следователя ЧК записаны строки «28 августа белые сделали налет на Вавож. Пехота красная бежала, а артиллерия и пулеметчики стойко защищались и заставили белых разбежаться» Но тут же эмоции автора проявляются в следующих строчках: «Пробиты два дома в Силкине, 2-классная школа и купол на церкви, убита шрапнелью жена отца Павла. Но и сами красные отступили из Вавожа около полуден, взявши до Водзимонья баб и ребят, как прикрытие».

Елабужский - село Водзимонье
Вознесенский храм села Водзимонье

При этом он не обмолвился ни одним словом, что в числе заложников были духовные лица (возможно и сам Михаил Елабужский), о чём в своих воспоминаниях упоминает Кропачев Михаил Григорьевич.

После подавления восстания, священники не привлекались к следствию, и только в середине декабря 1918 года был арестован почти на 9 месяцев священник Константин Попов, но скорее всего в связи с тем, что его брат-священник был обвинен в участии в подготовке восстания и расстрелян в Котельниче. Михаил Елабужский также подвергался аресту, но только за неуплату налога и вскоре был отпущен на свободу. Возможно, о нём было известно, как об участнике восстания 1906 года и особых претензий ему не предъявляли.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *